В середине января появилась инфа, что исламская религиозная организация приобрела в Мурманске вот это убитое здание, чтобы сделать из него мечеть. Презентацию проекта можно посмотреть вк

Спустя пару недель власти донесли до населения что не, мечети не будет, поскольку земельный участок под этим зданием с другим функциональным назначением. Это просто отговорка: при дóлжном режиме благоприятствования такие вопросы всегда решаются.

Считаю, что очень даже напрасно мусульманам нарисовали отказ. Во-первых, мечеть в Мурманске очень даже есть:

Во-вторых, начнись в городе возведение мечети — пяру в арабском мире будет выше крыши, а вслед за ним это и ручеек инвестиций.

Мончегорские похоронщики заставляют морг работать по закону

Пообщался с мончегорскими похоронщиками — они недавно выиграли важный для индустрии суд.

Оказались на удивление открытыми людьми, свободно рассказывающими об устройстве бизнеса. Я даже не ожидал — всё-таки, сфера услуг специфическая, а в Мурманской области даже обычные продавцы и менеджерьё частенько не столько продают товар или услугу, сколько её охраняют.

Например, мончегорцы не скрывают «ёмкость» рынка: это порядка 650 захоронений в год. Минимальная стоимость комплекса услуг — чуть меньше тридцати тысяч рублей. Отдельно было интересно узнать, как делают надгробные плиты. Я отчего-то думал, что их гравируют вручную. На самом деле всё рисует фреза с ЧПУ:

Суд с моргом

Сама история касается не только Мончегорска, но и любого города области, просто в данном случае нашлись родственники, выразившие готовность идти в суд. Уверен, что в каком-нибудь Ковдоре всё то же самое, тем более город обслуживается мончегорской ЦРБ

Суть истории в том, что по закону морги должны работать круглосуточно. По факту же мончегорский морг работает с понедельника по пятницу, со всеми праздниками и выходными.

Важно понимать, что тело человека попадает на кладбище только после прохождения патологоанатома — таким образом проверятся, своей ли смертью умер человек и не помогли ли ему отправиться на тот свет доброжелатели или безутешные наследники.

И если человек умер в пятницу часика в три, то в холодильнике его тело окажется  только в понедельник, со всеми соответствующими изменениями тканей.

Двадцать девятое января 1984-го года:

Жёлтый дом выкатил на публичное обсуждение запрет полётов дронов в Мурманской области с 20го февраля.

Текст проекта лежит здесь, там же можно высказаться по этому поводу. Не факт, что критика запрета поможет, но Мурманской области этот запрет невыгоден — всё-таки, туристов много едет, и кадры сверху турпотоку очень помогают.

Думал про историю о паре российских моряков в Киркенесе, получивших штраф за ношение одежды, похожей на армейскую (с точки зрения штрафующих):

Когда иностранные бюрократы щемят представителей российской номенклатуры, у россиян это вызывает тихое злорадство. Но когда сажают на три месяца россиянина, приехавшего по приглашению своих знакомых отснять с дрона будки для туристов или штрафуют моряков за то, что в качестве теплой одежды они выбрали неподходящую расцветку — это щемят простой люд, а русский человек обидчив.

Не только политики разрушают побратимские связи, но и одуревшие бюрократы, доказывающие свою нужность.

После объединения пары северных губерний Норвегии в одну местная бюрократия приуныла — стало меньше рабочих мест, поубавилось полномочий и перспектив.

Теперь всё иначе. Можно запрашивать новые ресурсы и доказывать свою необходимость, срубая бесконечные палки на противостоянии гибридным угрозам, будь то русские дальнобойщики, русский дроновод или русский же морячок неправильной расцветки.

Оказывается, что норвежская бюрократия работает по тем же внутренним законам, что и отечественная: сами придумывают проблему и сами рубят на ней палки.

Но любопытна еще одна штука: одним из выгодоприобретателей стала местная пресса, отстаивающая правоту местных правоохранителей. То есть, произошло обьединение силовиков и прессы — ровно то же самое, что и у нас в России. И ничего хорошего местному сообществу это не несет, потому что следом полиция вместе с прессой начнет находить агентов влияния России и просто сочувствующих русским. А попросту — сводить счеты.

В сентябре 2020-го года в Лиинахамари обвалился памятник Советским подводникам. Точнее, был обвален — на месте нашлись тросы, ведущие к арендаторам земельного участка, посреди которого и стоял памятник.

Прокуратура начинала проверку, командующий Северным флотом Александр Моисеев выражал возмущение и сообщал, что флот примет участие в восстановлении памятника.

Арендаторы земли на встрече с губернатором божились, что фарш провернут обратно и поставят памятник лучше прежнего, а заодно выражали готовность деятельно участвовать в региональной социалке:

Итоги истории:  нашли какого-то мужика, которому вменили вандализм, дело ушло в суд весной прошлого года.

2023-й год. Всё те же успешные посоны из компании-арендатора земли идут в арбитраж, чтобы вынести территорию уничтоженного памятника за пределы своей земли и таким образом, не нести за него никакой отвественности — ведь это уже не их и к ним отношения не имеет.

Как-то внезапно сложила депутатские полномочия мурсовета Тамара Прямикова в связи с убытием в Петербург. Против ее ухода проголосовал только один ее уже бывший коллега.

А Прямикова, на секундочку — нерядовой депутат. Она и зампредседателя совета, и надёжный бюрократ когда-то существовавшей «городской» команды. Как видим, команды больше не существует.

Не считаю, что Прямикова кому-то что-то должна, но почему-то от «городских» ожидаешь, что в отличие от понаехавших они будут жить в Мурманске. А получается, что никакой разницы нет — ни между понаехавшими, рядящимися под местных, ни между местными, всегда оказывающихся уехавшими.

И получается, что чуть ли не единственным местным остался только Владимир Горячкин.

Мурманчанин согласился обезопасить свои деньги и помочь сотрудникам ЦэБэ поймать мошенников. Для этого он набрал кредитов на 9,5 миллионов рублей, продал квартиры матери и бабушки, а после отправился поджигать военкомат. Что же могло пойти не так?

По итогам этой истории следком выпустил пугалку о том, что всё-таки не надо переводить деньги телефонным мошенникам, умело маскирующимся под госорганы. Но кто их читает, а тем более принимает к сведению.

Понимать логику участников событий не стоит — это может быть опасно для вашего логического аппарата. Просто постарайтесь уберечь себя и своих близких от попадания в такую ситуацию.

Представьте, что это экранизация абсурдистской пьесы. Условные сорокинские «сердца четырех», герои которой совершают бессмысленные и чудовищные деяния ради того, чтобы в конце книги переработаться в игральные кубики и выпасть случайной числовой комбинацией.

Трое с Роснефти, не считая канистры

Двадцатые числа декабря. По Мурманску идут молодой мужчина, его мать и бабушка. Только что на «Роснефти» у «волны» он купил небольшую канистру и наполнил её бензином. Мама и бабушка снимают его на видеокамеру и телефон. Он идёт поджигать дверь городского военкомата. Играет вот этот трек:

Мужчина знает, что в мурманском военкомата находятся те самые злодеи, что пытались причинить ему столько неудобств. Они пытались оформить на него кредиты и продать жильё его матери и бабушки чёрным риэлторам. Всё это он узнал от сотрудника центробанка Андрея Андреевича.