События вокруг мурманских «парков и скверов» как столкновение двух управленческих начал

Пару дней назад полицейские пришли с выемками в мурманское муниципальное учреждение «парки и скверы», выступавшее заказчиком работ по скверу у памятника Кирову.

Выемки регулярно случаются и в муниципальных организациях, и областных — вспомните недавние обыски в минстрое. Вообще выемки документов стали обыденным мероприятием в жизни любого учреждения, и сам факт выемок серьезного интереса не представляет.

Необычность в случае с «парками и скверами» заключается в том, что полиция опубликовала видео оперативных мероприятий.

Как правило, под обыском подразумевается вынос дверей, распил сейфов, сотрудники сгоняются в одно помещение и у них отбирают телефоны, после чего выносится грузовик с бумагами и оргтехникой.

Но посмотрите видео: все происходит вежливо, без насилия, а часть документов просто копируется на CD-диск. Прям, по-европейски:

Из этого делаю вывод: публикация видео — вынужденная мера, полиция опубликовала эти кадры в ответ на обвинения на то, что ведомство-де ничего не делает в рамках уголовного дела.

Далее попробую изложить свое видение внутренней логики происходящего.

Из почты:

вчера в Белокаменке рабочие «порядок» навели. Месяцами не платили з/пл. Разгромили офис, работников эвакуировали, приезжал-прилетал ОМОН. Почему молчим?

Думаю, если бы там и правда что-то серьёзное было — полно бы фото и видео вылезло. Но если есть что по теме — комментарии, почта blogger.murmansk@gmail.com и слухоприёмник всегда открыты для входящих сообщений.

А тем временем, руководству «Мурманской городской поликлиники №1»  понадобились два айфона последней модели в цвете серый космос по 90 тыс/штука. Срок поставки — семь дней:

Отдельно доставляет тот факт, что главврач поликлиники Агеев — сопредседатель местного отделения «Народного фронта».

UPD. По  сообщению Максима Сахневича, закупка не связана с деятельностью «народного фронта» и участники организации с удивлением о ней узнали из новостей. В настоящий момент закупка дорогостоящих смартфонов отменена.

Областной суд оставил в силе оправдательный приговор Александру Оробию по обвинениям в мошенничестве.

Суд первой инстанции признал невиновность Оробия еще в начале марта, но прокуратура традиционно обжаловала приговор. И вот на днях областной суд засилил «оправдашник», признав уголовное преследование Оробия незаконным, его право на реабилитацию, ну и бонусом — прокуратура будет письменно извиняться.

Смысл обвинений Оробия изложен вот в этом материале, но если коротко — какие-то ресурсные парни посчитали, что Оробий дороговато восстановил их сгоревшую рыболовецкую базу, и тем самым смошенничал.

Уголовное дело тянулось шесть лет, а параллельно со всеми прелестями уголовки, Оробия банкротили бывшие бизнес-партнеры по мусорному бизнесу, причем предъявляемая сумма была всего 2,5 миллиона. В долларовом эквиваленте это 40 тысяч долларов, и понятно, что банкротство шло лишь ради того, чтобы дополнительно подпортить Оробию жизнь.

Чибиспомогисты уточнили условия предоставления господдержки

Областное правительство анонсировало очередную поддержку пострадавшему бизнесу — вторая волна МРОТ на каждого неуволенного сотрудника.

Однако в условиях получения выплат есть важное дополнение, которого не было в первой редакции: бизнес должен быть не только в перечне пострадавших отраслей, но должен и полностью прекратить работу в период эпидемии.

То есть, условное кафе, продолжавшее работать на вынос или на доставку, с выплат слетает. А закрывшееся кафе выплаты на официально трудоустроенных сотрудников получит, хотя возможно, что после снятия карантина уже и не откроется.

С одной стороны, этот шаг властей можно объяснить простой нехваткой денег. А с другой — активистами, требовавшими первоочередной помощи. И которые при ближайшем рассмотрении пострадавшим не являются.

Водитель мурманской скорой помощи не согласен с обвинениями своей службы в плохой работе, на днях прозвучавшими из уст областного министра здравоохранения.

По словам работника «скорой», на станции много заболевших, одна смена фактически полностью выбыла.

Сотрудники увольняются, а на смену им никто не приходит. Нет желающих подвергать свою жизнь и здоровье риску за низкие зарплаты, не соответствующие докладам министра. А теперь еще и большое начальство все проблемы здравоохранения вешает на рядовой состав.

Не это ли называется «верхи не могут, низы не хотят»?

Не самый типичный пример индийских песен, надо сказать. Скорей бы саамы подхватили:

В Мурманске в который раз впаривают стадион профсоюзов, расположенный в самом центре города, напротив здания областной и городской администраций.

Доверенный продавец от профсоюзов желает получить за стадион 150 миллионов рублей.

Есть в этой цифре символизм — 15 лет назад стадион точно также впаривали норвежцам под инвестиции в 150 миллионов долларов.

Из этой истории можно сделать два вывода. Первый: подход к управлению недвижкой, доставшейся от СССР у профсоюзников не меняется: впарить стадион инвестору. И второй: единственная организация, имеющая хоть какие-то идеи о развитии участка в центре города — это церковь.

Что продаётся.

Судя по выписке Росреестра, собственность на землю не разграничена. Это значит, что собственником земли явлется город, ну или после земельного блицкрига губернатора Чибиса — область. Следовательно, продаётся не земля, а право аренды.

В той же выписке содержатся разрешенные виды использования земли. И вот неожиданность, последний пункт как раз про размещение объектов религиозных культов:

Также в перечне разрешенных видов использования есть медицина. Можно и больничку влепить.

Например, быстровозводимый аэромобильный госпиталь под руководством отца Ковидия, это ж какой синергетический эффект будет.

Приняв к сведению информацию про отсутствие планов властей на карантинное огораживание Мурманска, сразу же отбыл в Краснодарский край по санаторно-курортному вопросу, а именно в село Дивноморское Геленджикского района. Фотоотчёт прилагаю.

Аэропорт Мурманска. Зона парковки изрыта, проход в аэровокзал организован по протоптанной в щебне тропинке. 

На входе у ленты досмотра стоит некомплектный инфракрасный термометр — в сборке не хватает смотрящего в него человека.